Госдума проявила академический подход

Срочно принятый перед самыми летними каникулами во втором чтении проект закона о реформировании Российской академии наук до сих пор лежал на Охотном ряду без какого-либо движения. Обошел его молчанием и первый в новом сезоне Совет Госдумы, на котором 9 сентября были утверждены первоочередные задачи на этот месяц.

Между тем, вице-спикер от “Справедливой России” Николай Левичев недавно предложил вернуть законопроект во второе чтение. И вот, 11 сентября, после встречи депутатов с академиками РАН стало известно о том, что Госдума может пойти именно по такому пути.

Дело в том, что руководство РАН подготовило свои поправки к законопроекту. По словам Левичева, “если анализ этих поправок – а там есть некоторые принципиальные моменты – не позволит принять их при рассмотрении в третьем чтении, Госдума может в этом исключительном случае пойти на то, чтобы вернуть законопроект во второе чтение”.

Такой вариант допускают и представители думского большинства. “Мы не исключаем возврата во второе чтение, все фракции готовы к этому. Здесь не требуется месяц или два, это неделя – полторы, я думаю, законопроект будет подготовлен к тому, чтобы мы смогли его обсудить и принять”, – заявил первый заместитель руководителя фракции “Единая Россия” Николай Булаев.

Напомним, что проект закона о реформе РАН был принят Госдумой в соответствии с самыми худшими традициями аврального законотворчества, когда у депутатов просто физически нет времени на раздумья и голосование происходит либо по политическому решению руководства той или иной партии, либо под давлением исполнительной власти. Именно так и случилось в конце июня – начале июля, когда кабинет министров внезапно внес в нижнюю палату пресловутый законопроект о реформе всей системы академической науки страны. Это было 28 июня, а 5 июля в думской базе данных этот документ уже значился одобренным во втором чтении.

Неделя между двумя этими датами вместила в себя многое – и возмущение научного сообщества, и инициативу КПРФ о вотуме недоверия правительству, и встречу президента Владимира Путина с президентом РАН Владимиром Фортовым. В итоге третье чтение было отложено на осень под обещание спикера Сергея Нарышкина возвратить документ во второй чтение в случае появления к нему дополнительных поправок.

Однако с середины августа со стороны некоторых чиновников и депутатов стали звучать заявления о том, что, мол, ничего больше с законом о реформе РАН делать не надо, следует просто одобрить его в той редакции, которая и так является компромиссной. Имеется в виду то, что буквально в последние часы перед голосованием 5 июля думские профильные комитеты смогли несколько улучшить текст закона. Например, отказаться от полной ликвидации РАН с целью ее дальнейшего появления в новом виде – как некой общественно-государственной организации, все имущество, финансы и даже профессиональная деятельность которой должны контролироваться правительственными ведомствами. Отбиты были и некоторые другие сомнительные идеи кабмина, кроме создания федерального агентства по управлению собственностью РАН, в том числе и ее научными институтами. Напомним, что Путин предложил Фортову на трехлетний переходный период одновременно возглавить и эту структуру, и глава РАН согласился.

Однако Фортов и другие академики, как оказалось, от борьбы все-таки не отказались. В конце последнего летнего месяца они собрали чрезвычайную конференцию научных работников академии. Такое мероприятие было проведено впервые в истории этого почтенного учреждения. На конференции стало понятно, что в научном сообществе есть мощное радикальное крыло, которое требует полной отмены закона о реформе РАН. Кстати, соответствующую петицию активисты разместили уже и на интернет-портале общественных инициатив и сейчас она медленно, но верно набирает положенные 100 тысяч подписей.

Можно предположить, что именно ссылки руководства академии на растущий радикализм ученых и их постепенный уход в политические протесты показались президенту наиболее убедительными аргументами. В итоге на заседании президентского Совета по правам человека Путин сделал по-настоящему сенсационное заявление. “У меня была встреча с новым президентом Академии наук. Он принес целый список вопросов, который считал необходимым отразить в проекте закона. Я согласился со всеми предложениями, кроме одного”, – сообщил глава государства. Путин считает, что главы академий медицинских и сельскохозяйственных наук, которые присоединяются к большой академии, не должны быть ее сопрезидентами, но их можно сделать вице-президентами.

Однако о том, с какими же из академических замечаний он полностью согласен, Путин ничего не сказал. Да и Фортов в ряде своих публичных выступлений того времени все время говорил о согласии президента с академиками, но подробности не уточнял. И вот теперь таблица подготовленных в РАН для обсуждения в Госдуме поправок наконец стала известна. Самыми первыми в ней идут те, которые исключают даже малейшие намеки на то, что после реформы РАН будет представлять собой новую структуру. Поэтому, скажем, вместо “создается” написано “действует”: мол, никаких сомнений в том, что РАН остается РАН быть не должно. С этой же целью из закона убирается и адрес академии – Москва, Ленинский проспект, 14. И опять следует объяснение – адрес обычно указывается при создании какой-то новой структуры, а раз этого нет, то достаточно устава РАН, где все это и так уже прописано.

От формальных, хотя и значимых для статуса поправок академики переходят к более сущностным. Например, в варианте закона второго чтения указано, что финансирование РАН осуществляется отдельной бюджетной строкой. Однако всем сразу было ясно, что для нашего Минфина, поднаторевшего в интерпретациях бюджетного закона, такая запись указом не будет и часть денег может пойти по неким замысловатым путям. Поэтому появляется поправка, в которой перечисляются все источники финансирования РАН, а главное, указывается, что сама академия и ее региональные отделения являются не просто получателями, а распорядителями в том числе и бюджетных денег.

Другая группа поправок направлена на то, чтобы более логично, чем это сделало правительство, изложить систему организации деятельности РАН – как научной, так и хозяйственно-финансовой. Ее предлагается выстроить по уже давно опробованной схеме: сначала указываются цели, потом необходимые функции, а следом – вытекающие из всего вышеуказанного задачи.

Следующий пакет поправок связан со статусом и званием академиков. Они хотят по-прежнему называться членами РАН и членами-корреспондентами, как это было заведено еще в XVIII веке, намерены принимать в свои ряды иностранцев по собственному разумению, а не по разрешению правительства, и так далее.

Общее собрание РАН, вопреки правительственному мнению, решено собирать не только из академиков, но и из научных сотрудников, избираемых по квотам от всех институтов, как это делается сейчас. Еще одна поправка гласит, что президент РАН и другие руководители академии будет избираться не тремя четвертями голосов, как предлагает правительство, а по-прежнему двумя третями.

Среди остальных поправок самая главная – это безусловное сохранение за всеми подразделениями РАН статуса юридического лица, позволяющего вести как научную и исследовательскую деятельность, так и работу по контрактам. Кстати, глав институтов РАН академики хотят назначать самостоятельно, но, правда, согласны с тем, что кандидатуры директоров институтов должны получать одобрение Совета выдающихся ученых, создаваемого при президенте РФ. И руководить этими институтами, в том числе их хозяйственной деятельностью, РАН хочет самостоятельно, выступая при этом их учредителем. А вот за федеральным агентством по имуществу, которое на переходный период возглавит Фортов, закрепляются фактически только их коммунальные комплексы.

Стоит заметить, что слияние с РАН медиков и аграриев делается весьма постепенным. В течение трех лет они станут медленно вливаться в ряды “больших академиков”, но их имущество в ведение РАН и федерального агентства переходит уже сейчас.

В целом, академические поправки если и не меняют первоначальную концепцию правительственного законопроекта, то по крайней мере нивелируют его разрушительный для академии эффект. Заметим, что многие критики реформы неоднократно заявляли: есть серьезные подозрения, что именно это разрушение для нынешних реформаторов российской науки как раз и было главной задачей, а все рассуждения об архаичности РАН, низкой цитируемости академиков на международном уровне, блокировании молодых ученых и так далее – не более чем пиар-прикрытие.